ВОЛЯ И ЕЕ РАССТРОЙСТВА


ВОЛЯ И ЕЕ РАССТРОЙСТВА
ВОЛЯ И ЕЕ РАССТРОЙСТВА. Воля (лат. voluntas), в эмпирической психологии общее обозначение для особого класса психологических процессов', характеризуемых наличием активности или деятельности личности, переживающей их. — Современное состояние проблемы. Учение о В. задолго до возникновения научной психологии разрабатывалось в богословии, метафизике, идеалистической философии и умозрительной психологии; следы этого периода в развитии учения о В. сказываются в теориях В., выдвигаемых в эмпирической психологии до самого последнего времени. Экспериментальное исследование волевых процессов началось сравнительно недавно. Объективная научная психология еще не создала систематического и целостного учения, охватывающего полностью всю область явлений и процессов, обозначаемых обычно общим термином В. Однако, наряду с остатками метафизических воззрений на В. психология накопила уже огромный материал для построения объективно-психологической теории В. Как и во всей психологии в целом, в учении о В. на всем протяжении его исторического развития боролись и борются до сих пор две противоположные и несовместимые тенденции, из к-рых одна стремится превратить психологию в естественную науку, а другая—в «науку о духе». Борьба материалистических и идеалистических тенденций в учении о В. сказывается более резко и выпукло, чем во всякой другой психологической проблеме. Под влиянием материалистической философии и естествознания психология делает неоднократно попытки объяснить волевые процессы, исходя из материалистического понимания их как естественных процессов, строго детерминированных и обусловленных внешними причинами, воздействующими на человека, и его психо-физиологической организацией, его нервной системой. Различные идеалистические концепции В. продолжают видеть в воле особую духовную деятельность, обнаруживающуюся в движениях, но не подчиненную законам материального мира, автономную и свободную. Психологические теории В. Основной вопрос, разделяющий различные теории В. в эмпирической психологии, заключается в признании или непризнании первичности и самостоятельности волевых процессов как особого класса псих, явлений. В психологии было выдвинуто очень много различных теоретических объяснений волевых процессов. Ниже дается суммарный, схематический обзор трех основных психологических теорий В., исходящих из различного решения основного вопроса о первичности и самостоятельности В.—Инге л л е к т у а л и с т и ч е с к и е теории В. исходят из отрицания первичности и самостоятельности В. Для них волевые процессы являются Сложными вторичными образованиями, синтезами, объединяющими различные комбинации интеллектуальных элементов, на к-рые всегда может быть разложен, как на свои составные части, всякий волевой акт. Большинство этих теорий поэтому не признает особых закономерностей воли, полагая, что волевые процессы подчинены общим законам интеллектуальной жизни. Центральным законом В., с этой точки зрения, является закон ассоциации, т. е. связи или объединения различных элементов. С этой точки зрения, «соединение желания и действия (мотива и действия) есть ассрциационный процесс. Вследствие этого, вызывание действия каким-нибудь мотивом есть процесс воспроизведения (репродукции) и, следовательно, отношение между мотивом и действием должно быть подчинено хорошо известным в психологии законам ассоциации и репродукции» (Меи-marm). Иными словами, законы В. суть в последнем счете законы памяти. Согласно этим теориям, волевое действие создается повторением, упражнением и заучиванием, волевой акт есть не что иное, как навык, он есть результат воспитания. При всем различии, обнаруживающемся у различных авторов (Munsterberger, Ebbinghaus, Ribaut и другие), основной момент—сведение законов воли к законам составных элементов волевою акта и их ассоциаций—остается тем лее во всех теориях этой группы.—Другая группа психологич. теорий В. стремится свести волевые процессы к элементам эмоциональных и аффективных реакций. Значение эмоций для волевого процесса признают и психологи первой группы; однако, они склонны приписывать эмоциям в этом случае второстепенную, вспомогательную и подчиненную роль. Это для них содействующий, но не производящий фактор. Для Вундта жеСЭДЧтоЙ), напр., волевой акт есть сам по себе не что иное, как аффект, разрешающийся в своем течении во внешние или внутренние действия, к-рые прекращают самый аффект. Взгляд, близкий к теории Вундта, разделяют Бэн, Лотце (Bain, Lotze) и др. Вундт называет свою систему волюнтаристической психологией, несмотря на то, что исходит из отрицания первичности и самостоятельности В. Для него «В. есть сложный процесс, который обязан своим типическим значением именно тому обстоятельству, что в образовании его принимают участие самые разнообразные психические элементы». Одни из сторонников эмоциональной теории В. выдвигают на первый план стремление к чувству удовольствия как основной элемент волевого процесса (гедоническая теория); другие приписывают ту же роль стремлению устранить чувство неудовольствия и страдания (пате-матическая теория); третьи, наряду с эмоциональными и аффективными моментами, различают в волевом процессе еще другие элементы, но все эти теории объединяет общая исходная точка зрения на В. как на вторичное сложное образование, возникающее на основах эмоциональных реакций.— Наконец, третью группу психол. теорий В. составляют теории, защищающие первичность, самостоятельность волевых актов, их специфичность и несводимость на комбинацию или ассоциацию элементарных эмоциональных или интеллектуальных процессов. Эти последние, хотя и сопровождают собой волевые процессы, но не составляют их ядра, а являются их б. или м. случайными и, во всяком случае, побочными спутниками. Самое же ядро волевого процесса психологи этого направления, как Джемс (James), видят в особом духовном усилии, не имеющем ничего общего с мускульным усилием, в особом акте внутреннего решения, который Джемс обозначает словами: «да будет» (fiat!). В этом понимании В. является «исключительно пси-хич. и моральным процессом чисто духовной природы, не имеющим, по существу, ничего общего с двигательной деятельностью: движения, сопровождающие волевой акт, суть только эпифеномены, совершенно побочные по отношению к самому процессу» (Джемс). Проблема воли в объективной психологии. С точки зрения объективной психологии спор о природе В. является неразрешимым для эмпирической психологии потому, что под общим понятием В. она объединяет две различных по существу и по своей психолог, природе проблемы, без отчетливого разделения к-рых невозможна правильная постановка вопроса, допускающая его научное разрешение. Самое смешение двух различных проблем оказалось возможным и даже неизбежным для эмпирической психологии в силу основного мето-дологическ. принципа—изучения психич. явлений изолированно и независимо от органических процессов. В силу этого все псих. процессы, непосредственно связанные сдвижением, относились обычно к В. Рефлексы и инстинкты, вместе со сложнейшими процессами обдумывания, борьбы мотивов, выполнения решения, относились в один класс. Неудивительно, что произошло смешение действительно первичных, элементарных, несводимых и неразложимых далее реакций со сложнейшими составными образованиями, высшими функциями поведения, в к-рых несомненное участие принимают эмоциональные реакции, интеллектуальные операции и т. д. Т. о., с объективной точки зрения следует различать проблему В. как активности поведения вообще, и вторую— проблему В. как проблему особого класса сложных реакций, включающих в себя целый ряд элементарных процессов и представляющих специфическую и высшую форму этой активности. Если понимать В. в первом смысле и провести знак равенства между В. и активностью, то волюнтаризм окажется наиболее правильной из всех теорий. Он обязывает понимать все поведение и всю псих, жизнь человека как активную деятельность, а не как пассивное переживание. Интеллектуальные и эмоциональные реакции представляют частный случай этой общей активности поведения и могут быть поняты только в связи с ней как особые формыбиологич. приспособления организма. Влечения и инстинкты (или безусловные рефлексы), действительно, составляют основу, над к-рой надстраиваются все высшие формы поведения. Биол. потребности, а не теоретический идеальный интерес, руководят примитивным поведением. Эта биол. потребность или активный характер всего поведения в целом настолько очевидно связаны с материальными потребностями организма и с его материальной организацией, что переворачивают коренным образом идеалистическое, по существу, воззрение волюнтаризма: эта первичная активность поведения, из к-рой берут свое начало все высшие формы поведения, оказывается не психической, а материальной активностью организма. В., понимаемая в широком смысле как активность вообще, растворяется вполне в понятии поведения, и самое обозначение В. при этом неизбежно отпадает, т. к. этот термин перестает обозначать что-либо определенное, какой-либо особый класс процессов поведения. Это, однако, нисколько не означает отрицания наличия сложных волевых актов, как особой функции поведения, и их специфической структуры. В. в этом смысле может быть понята только как овладение собственным поведением. Поскольку овладевают тем или иным процессом поведения, постольку он становится в этом смысле волевым. Операции, направленные на овладение собственным поведением, и являются собственной функцией воли. Т. о., не природа элементов, но структура целого определяет своеобразие того типа поведения, к-рый традиционная психология называет волевым. Ближе всего к такому пониманию подходят «синкретические теории» В., по выражению Цигена (Ziehen), т. е. теории, видящие своеобразие так наз. волевых действий в специфической форме объединения отдельных элементарных процессов. Сюда относятся констелляцию иная теория самого Цигена и близко соприкасающаяся с ней в главном пункте структурная теория (Gestalttheorie). Согласно этой последней, т. н. волевое действие по своей структуре близко подходит к инстинктивному: их сближает направленность к конечной точке, «открытая» структура, к-рая имеет тенденцию замкнуться, завершиться (Koffka). Это означает, что при намеренном действии возникает как бы потребность (quasi-Bedurfnis) в выполнении намерения, состояние напряжения, к-рое имеет тенденцию к разряду и обнаруживает далеко идущую аналогию и реальные взаимоотношения с действительными потребностями. Эта quasi-потребность приводит к тому, что создается структура будущего «поля деятельности», т. е. будущей ситуации, к-рая автоматически приводит к выполнению намерения. Напр., намерение опустить письмо в почтовый ящик создает будущую ситуацию, при к-рой ящик уже непосредственно вызывает соответствующее действие. При таком понимании самый термин В. также должен отпасть (Lewiti). Эти положения могут послужить отправными точками для правильной постановки проблемы В., если добавить, что в основе так называемой волевой деятельности лежат известные физиологические процессы, и тем самым исключить идеалистическое толкование В. С точки зрения рефлексологии «волевым» движениям субъективной психологии соответствует личный комплекс, составляющийся из всей совокупности соматических и развивающихся в тесной связи с ними мышечно-суставных сочетательных. рефлексов (Бехтерев). Т.о., так называемое волевое действие и с объективной стороны характеризуется прежде всего своим отношением к целому, в состав к-рого оно входит, т. е. к «личному комплексу». Личные рефлексы, в свою очередь, «служат источником возникновения других сочетательных рефлексов. Т. о., личный комплекс сочетательных рефлексов, являясь важнейшим определителем отношений организма к окружающему миру и непосредственным руководителем его действий и поступков, служит к постоянному обогащению новыми рефлексами. Ыо этим дело не ограничивается. В связи с личным комплексом сочетательных рефлексов развивается подготовка внешних органов к восприятию внешних раздражений и к осуществлению в соответствующих центрах доминант, что мы называем личным, или активным сосредоточением. Путем этого сосредоточения, руководимого личным комплексом, человек может производить до известной степени выбор внешних воздействий и обнаруживать личный выбор в движениях в связи с установившимися потребностями» (Бехтерев). Анат.-физ и ол. сторона волевых процессов. Спенсер, Рибо и др. психологи с полной справедливостью полагают, что основой В. является рефлекс, что волевые движения следует рассматривать как особую форму развития рефлекса. Другие психологи, как Вундт, Титченер (Titcnener) и другие, полагают, что не волевое действие развилось из рефлекса, а, наоборот, рефлексы развились из волевых действий. Эти психологи основывают свое мнение на том факте, что волевое действие, по мере повторения, приобретает рефлекторный характер, автоматизируется. «Все безсознатель-ные движения человеческого организма, даже автоматические движения сердца и внутренностей, ведут свое происхождение от прежних сознательных движений» (Титченер). Очевидная несостоятельность и ложность этой теории легко открывается при простом сравнении нервных рефлекторных путей и так наз. произвольных движений. Рефлекторные движения связаны со спинномозговыми и субкортикальными центрами, т. н. волевые движения—с корой больших полушарий головного мозга, генетически гораздо более поздним отделом мозга. Типическим волевым действием является труд. Приводимая схема, составленная Бехтеревым, демонстрирует, какими путями распространяется нервное возбуждение при трудовом движении. «Схема демонстрирует, как человек работает. Возбуждение с периферии под влиянием кожно-мышеч-ных раздражений при захватывании и держании рукой рукоятки топора, направляясь по центростремительным периферическим нервам и задним корешкам, достигает, с одной стороны, серого вещества спинного мозга (кояшые раздражения), с другой стороны—через задние столбы достигает соответствующих ядер Голля и Бурдаха в 'продолговатом мозгу (мышечные раздражения) и оттуда при посредстве петлевого слоя—к воспринимающему подкорковому ядру зрит. бугра—ths. Вместе с тем, из серого вещества спинного мозга при посредстве спинно-таламического пучка возбуждение распространяется к воспринимающему же подкорковому ядру в зрительном бугре— ths. Отсюда через подкорковые центростремительные проводники возбуждение как с кожи, так и от мышц достигает воспринимающей области коры для руки в среднем отделе задней центральной извилины — Ms.

Затем, по ассоциационным путям возбуждение направляется к двигательной области той же руки в передней центральной извилине—Mm, а оттуда по пирамидному пучку—к передним рогам шейного утолщения спинного мозга, из к-рых, при посредстве передних корешков и двигательных нервов, возбуждение направляется к мышцам руки, осуществляя их сокращение. Одновременно с этим, от объекта работы возникает зрительное раздражение, передающееся по II нерву и направляющееся к подкорковому наружному коленчатому ядру—еде, а оттуда—к сетчатко-вой области мозговой коры в fis. calcarina—OS. В свою очередь, от последней возбуждение направляется, с одной стороны, к двигательной наружной части затылочной области—От, а отсюда—к области переднего четверохолмия и затем к ядрам глазодвигательных нервов—VI.. IV и III, для установки взора на объекте работы, с другой стороны—к воспринимающей области руки Ms (для контроля движений руки зрением). С другой стороны, от затылочной области импульсы направляются к области сосредоточения в предлобной области С, из к-рой импульсы идут к той же области руки (для активного, исходящего от внутренних раздражений, направления ее движения) и по нисходящим проводникам— к ядрам глазодвигательных нервов с другой стороны (для активного направления взора при сосредоточении на работе)». (Бехтерев).

Эта схема наглядно показывает, как сложна структурная основа так называемого волевого движения, т. е. какое сложное взаимодействие нервных возбуждений лежит в основе так наз. волевого действия. Со стороны физиологической в основе т. н. волевых действий лежат процессы замыкания условных рефлексов, условного торможения и доминанты. Процесс реакции представляет собой, как показали экспериментальные исследования, сложную форму условного рефлекса, замыкаемого посредством словесной инструкции; реакция же рассматривается в психологии как пример всякого произвольного движения. Равным образом, воздействие мотивов на В. и сложная борьба мотивов, в конечном, счете, сводятся к сложному взаимодействию синтетических раздражителей. Мотив, приводящий к осуществлению то или иное волевое действие, является с физиол. стороны б. илим. сложным внутренним раздражителем. Процессы торможения играют, повидимому, также существенную роль в физиол. субстрате т. н. произвольных действий. Это сказывается в типической для этого класса реакций задержке ^непосредственных импульсов, подавлении целого ряда побочных и нежелательных реакций, в том, что называется обычно «умением владеть собой». Наконец, доминантность волевых реакций сказывается в тенденции этих реакций к господству над остальными реакциями, в подавлении посторонних и мешающих реакций, а главное, в усилении основной реакции за счет посторонних и препятствующих раздражений; как показали экспериментальные исследования, это усиление является общим правилом, к-рому подчинены волевые реакции. Ключ к физиол. объяснению «волевых» процессов лежит, таким образом, в механизме условных рефлексов. Самое сложное волевое действие осуществляется в конечном счете через этот механизм, так как нет другого средства вызвать какую-либо реакцию, кроме создания условной связи между стимулом и реакцией. Эксперименталь н'ы е исследования волевых процессов начались с опытов с реакциями, разработанных, гл. обр., в школе Вундта. В этих опытах испытуемый реагировал заранее обусловленным в инструкции действием на какое-либо раздражение. Главное значение этих опытов заключается в том, что сними в психологию было введено точное измерение длительности психо-физиологических процессов различной сложности. В отношении собственно В. интереснейшая проблема, затронутая этими опытами, заключается в отношении реакции, т. е. так наз. произвольного движения,.к рефлексу, т. е. к непроизвольному движению. По мере повторения реакция по характеру своего протекания приближается к простому рефлексу, т.е. время ее падает до величины времени, наблюдаемой в чисто рефлекторном движении (Вундт). Другой чрезвычайно важный результат этих исследований заключается в установлении ассоциативного по существу характера связи между условным раздражением и ответным движением. Особенно ярко обнаруживается это в опытах со сложной реакцией выбора, в к-рых испытуемый реагирует различными движениями на различные раздражители. Тит-ченер показал, что эта реакция, несмотря на то, что она является гораздо более сложной, чем реакция на один раздражитель, может равняться времени простой сенсорной реакции, если координация возбудителя и движения достаточно усвоена. «В реакции выбора мы можем производить различные операции, но мы не выбираем»,—говорит этот автор. Как показали опыты Лемана, Аха (Lehmann, Ach) и других, при сложной реакции выбора испытуемый вначале вдвигает между раздражением и реакцией средний, вспомогательный член—название раздражения, часть инструкции и т. п. Затем этот средний член (Mittelglied) выпадает, реакция принимает сперва характер простой сенсорной, затем—моторной реакции; время ее при этом падает с 300<т до 240ff и затем до 140<х.—Опыты с реакциями устанавливают таким обр., что 1) течение реакции зависит, в первую очередь, от прочности ассоциации между мотивом и действием; 2) в сложных реакциях выбора основные операции сводятся к установлению этой ассоциативной связи посредством вдвигания средних связующих звеньев между Двумя моментами этой реакции; 3) развитие волевых процессов при реакции всецело совпадает с развитием всякой ассоциации, укрепляющейся по мере повторения и выключающей промежуточные звенья, к чему и сводится, в сущности, процесс автоматизации волевъгх актов; 4) следовательно , отличие реакции от рефлекса может быть установлено только генетически: их разделяет способ происхождения и возникновения, но не способ функционирования. В волевом процессе, как он проявляется в опытах с реакцией, наблюдается совместное действие двух механизмов: с одной стороны—простого рефлекторного механизма, передающего сенсорное возбуждение на моторные пути, а с другой—механизма, замыкающего условно-рефлекторную (ассоциативную) связь между раздражением и реакцией. Именно этот второй механизм является характерным для реакции и отличает ее от рефлекса. Известно, какое значение в деятельности этого механизма при реакции имеет внимание, ускоряющее течение реакции; при воспитании условного рефлекса, напротив, как показал Бехтерев, отвлечение сосредоточения оказывается фактором, благоприятствующим выработке сочетательного рефлекса. Очевидно, искусственный способ установления условной связи при помощи словесной инструкции и составляет самое существенное отличие реакции. Ах, предполагающий для объяснения волевых процессов существование особых детерминирующих тенденций, исходящих от представления цели или задачи, регулирующих и направляющих все течение мыслей и действий, предложил измерять силу волевого акта преодолением препятствий, противостоящих ему. Он сталкивал в эксперименте «детерминирующую тенденцию» (например, задачу подыскать рифму к бессмысленному слогу) с репродуктивной тенденцией, основанной на прежде установленной ассоциативной связи между данным слогом и другим. Количество повторений является при этом мерой ассоциативного эквивалента детерминирующей тенденции.—С более точным измерением к процессу реакции подошел Корнилов, установивший на основании своих экспериментальных исследований закон однополюсной траты энергии, гласящий, что «центральная и периферическая трата энергии находятся в обратном отношении друг к другу: чем более усложняется и становится напряженным центральный мыслительный процесс, тем менее интенсивным становится внешнее выявление движения». На основании своих исследований Корнилов приходит к выводу, что наличность антитезы между интеллектом и волей несомненна. Интеллект при этом рассматривается как «заторможенный волевой акт, не превратившийся в действие».—Для эксперим. определения силы волевого импульса Рос-солимо предложил 20 тестов, выявляющих способность волевого импульса преодолевать, с одной стороны, явления автоматизма и подражательности (10 тестов), с другой—внушаемость (10 тестов). Результаты входят в состав психологического профиля (см.). Гильгрубер (A. Hillgruber) исследовал деятельность воли при длительной работе. На основе своих экспериментов он установил закон, гласящий, что трудность какой-либо деятельности является мотивом для более сильного напряжения В. и концентрации внимания, в том смысле, что с нарастанием трудности растет и волевое напряжение. Это явление давно было отмечено психологами (Рибо, Джемс) как самое существенное отличие воли. Клапаред (С1а-parede), на основании экспериментальных исследований, установил в самое последнее время, что при волевом акте испытуемому кажется, будтр действие совершается по линии наибольшего сопротивления.—■ Рибо полагает, что это усилие отличается от мышечного усилия лишь тем,что его физиол. условия меньше известны. В основе его лежит борьба между низшими, т. е. простыми, органическими, и высшими, т. е. сложными, социальными стремлениями. «Первые всегда наиболее сильны по природе; вторые могут быть таковыми в некоторых случаях благодаря искусству»,—говорит он. Господство мотивам, которые сами по себе являются более слабыми, искусственно обеспечивается, и в этом заключается в основном деятельность, получившая название волевой. Само собой разумеется, что «искусство» в данном случае, как и всегда, создает только более сильную, особую комбинацию нервных возбуждений. В. как высшая ступень в развитии психол. функций. Рибо первый высказал мысль, что В. не составляет продукта естественного развития, а является результатом исторического развития поведения человека. В этом смысле он сближает возникновение В. в форме т. н. произвольного внимания с трудом. Труд является и колыбелью В. Маркс в классическом описании процесса труда указывает на то, что историческое развитие поведения, непосредственно стимулируемое трудом, связано с В.: «Человек, воздействуя на внешнюю природу и изменяя ее, изменяет в то же время свою собственную природу. Он развивает дремлющие в ней способности и подчиняет игру этих сил своей собственной власти.Целесообразная воля, выражающаяся во внимании, необходима во все время труда и притом необходима тем более, чем меньше труд увлекает рабочего своим содержанием и способом выполнения, следовательно,чем меньше рабочий наслаждается трудом, как игрой физических и интеллектуальных сил». С этой точки зрения получает свое научное объяснение и т. н. свобода воли. Подчинение поведения «своей собственной власти», составляющее основную функцию В., возможно только по тем же законам, к-рым подчинено поведение, «точно так же, как только по законам внешней природы мы мсясем ее видоизменять и подчинять своим целям» (Heffding). Правило Бэкона «Natura parendo vincitur» (мы побеждаем природу, подчиняясь ее законам) одинаково приложимо к господству над природой и к господству над собой. «Свобода заключается,—говорит Энгельс,— в господстве над самим собой и над внешней природой, основанном на понимании естественной необходимости, и поэтому она необходимо является продуктом исторического развития. Первые выделившиеся из животного царства люди были во всех отношениях так же несвободны, как и сами животные, но каждый прогресс культуры был шагом вперед к свободе,». Это диалектическое понимание В. приводит с логической неизбежностью к детерминизму, т.е. к учению о полной причинной обусловленности воли. Воля человека определяется с абсолютной необходимостью причинами, действующими на нее. «Человек, находясь в таком равновесии,—говорит Спиноза в „Этике" — (именно, человек, который не ощущает ничего, кроме голода и жажды, и имеет перед собой пищу и питье на одинаковом расстоянии), погибнет от голода и жажды». Если принять вместе с нек-рыми авторами, что естественное развитие поведения проходит три основных ступени (инстинкт, дрессура, интеллект), то В. следует прианать четвертой и высшей ступенью, достигаемой лишь в историческом развитии поведения. Овладение поведением есть высшая ступень в его развитии, ступень, на к-рой, говоря словами Энгельса, «вечные законы природы превращаются все более и более в исторические законы». Лит.: Басов М. Я., Воля как предмет функциональной психологии, П., 1922; Р и б о Т., Воля в ее нормальном и болезненном состояниях, П., 1916; Мейман Э., Интеллигентность и воля, М., 1917; Корнилов К., Учение о реакциях человека, М.—Лл, 1927; Штерринг Г., Психопатология в применении к психологии, СПВ, 1903; В ы г о т-с к и й Л. С, Проблема доминантных реакций (статья в сб. «Проблемы современной психологии», под ред. проф. К. Н. Корнилова, Л., 1926); Россолимо Г. И., Экспериментальное исследование психомеханики по индивидуальным и массовым методам, М., 1928; LindwoisJcy I., Der Wille, seine Erscheinung u. seine Beherrschung, Lpz., 1923; А с b. N., Uber die Willenstatigkeit u. das Denken, Gottin-gen, 1905; его же, tJber den Willensakt u. das Temperament, Lpz., 1910; HillgruberA., Fort-laufende Arbeit u. Willensbetatigung, Lpz., 1912; Lewin K., Vorsatz, Wille u. Bediirfnis, В., 1926; MichotteA. etPriimN., Etude experimental sur Ie choix volontaire et des antecedants immediate, Archives de psychologie, v. X, 1910; Barrett E., Motive force a. motivation tracks, L., 1911; I s s e r-1 i n M., tJber den Ablauf einfacher willkttrlicher Bevve-gungen, Psychologische Arbeiten, B. VI, 1910; Mttn-sterberg H., Die Willenshandlung, Freiburg, 1888; P a u 1 h a n F., La volonte, P., 1904; F r 0 b e s I., Lehrbuch der experimentellen Psychologie, B. II, Freiburg, 1922; B 1 о n d e 1 Ch., Les volitions (Traite de psychologie par Б'. Dumas, v. II, P., 1924); L i e p-m an n H., Die Storungen des Handelns bei Gehirn-kranken, В., 1905; его т е, Die psychische Apraxie, В., 1900; B a i n A., The emotion a. the will, L., 1899; Lange L., Die einfache Reaktion auf Sinnesein-driicke, Philosophische Studien, B. .IV, Lpz., 1888; Lehmann A., Die korper lichen Ausserungen psy-chophysischer Zustande, B. II, Lpz., 1901; К г a e-p e li n E., Gedanken tiber die Arbeitskurve, Psycho- logische Arbeiten, B. VII, Ы. 4, 19 22; В i r n b a u m K., Die krankhalte Willensschwache u. ihre Erschei-nungstormen, Wiesbaden, 1911; Jaspers K., Ailgemeine Psychopathologie, 2 Aufl., В., 1920; Z i e h e n Th., Sechs Vortrage zur Willenspsycholo-gie, Jena, 1927.                                    Л. Выготский. Расстройства воли. К объяснению причин и механизмов возникновения волевых расстройств в разные времена подходили с разных точек зрения, отчасти смотря по тому, как определялось само понятие «воля». Здесь приходится только отметить, не вдаваясь в дальнейшие подробности, чисто психологический подход к разрешению этих вопросов и феноменологический. С возникновением и расширением учения об условных рефлексах И. П. Павлова и с созданием, -на основании этого учения, рефлексологии Бехтеревым, к изучению волевых расстройств стараются подойти с чисто рефлексологической точки зрения, т. е. с точки зрения сочетания, затормаживания и растормаживания одних рефлексов другими. Кречмер (Kretschmer) подходит к разрешению этого вопроса со стороны филогенеза нервной системы, различая по времени возникновения: высшую целевую волю, волю гипобулическую и простые рефлексы. Последние сочетаны, преимущественно, со спинным мозгом, гипобулика относится к межуточному мозгу, и, наконец, целевая воля—к коре головного мозга. При известных условиях более старые филогенетически механизмы могут выплывать наружу (напр., истерический припадок, негативизм и т. п.). В связи с учением об эпид. энцефалите и с последними успехами в изучении анатомии головного мозга, особенно— экстрапирамидальных путей его и подкорковых ганглиев, стали выдвигаться чисто анат. воззрения на расстройства воли. Несомненно также, что с учением о темпераментах и характерах тесно связано изучение влияния на психику эндокринного аппарата, вегетативной системы и, вообще, всего физ.-хим. динамизма человеческого организма, в зависимости от к-рых, конечно, находится и В. как проявление единой и неделимой психики. Но все вышеупомянутые течения в науке или не дают нам точного определения причин и механизмов волевых расстройств или еще не настолько совершенны и точны, чтобы категорически пользоваться их указаниями по этому вопросу, а потому волевые расстройства приходится описывать чисто симптоматологи-чески, таковыми, как наблюдают их в клинике и в жизни. Человеческая психика в сущности своей неделима; трудно поэтому расстройства В. строго отчленять от расстройств интеллекта и эмоций, но для схематизации изложения приходится излагать эти расстройства по отдельным рубрикам (ослабление волевых импульсов—см. Абулия). — Проявлением усиления волевых импульсов обыкновенно является двигательное возбуждение. Как пример такого усиления, можно указать на обыкновенное алкогольное опьянение. Сильное беспокойство обнаруживается также у дели-рантов, особенно, при алкогольных дели-риях, где наклонность этих б-ных к т. н. бреду профессии указывает на самостоя- тельное психомоторное возбуждение. Из других ядов кокаин обладает способностью усиливать волевые импульсы, особенно при длительном злоупотреблении им, когда развивается состояние, близкое к маниакальным состояниям, наблюдаемым при маниакально-депрессивном психозе, инфекционных психозах и при прогрессивном параличе. В клинике приходится особенно обращать внимание на отличие маниакального возбуждения при маниакально-депрессивн. психозе от кататонического возбуждения. При первом всегда имеется дело с целевыми установками движения, а потому говорят о стремлении к действию, к деятельности; при втором—само движение является как бы самоцелью, а потому отмечается только стремление к движению.—Каждый волевой импульс, раньше чем перейти в движение, должен преодолеть нек-рое психомоторное сопротивление. При болезненных состояниях это сопротивление может значительно возрастать; отсюда происходит затруднение волевых проявлений. Такое усиленное психомоторное заторможение, если не считать исходных состояний при эпидем. энцефалите, особенно характерно для депрессивных состояний маниакально-депрессивного психоза. Очень типично здесь то обстоятельство, что б-ной стремится исполнить требуемое от него движение и достигает или не достигает этого, смотря по силе затормо-жения. Нек-рые из этих б-ных бывают настолько заторможены, что не могут произвести ни одного движения; тогда говорят о циркулярном ступоре. Совершенной противоположностью его является кататони-ческий ступор, где движения сами по себе не расстроены, т. е. б-ной может иногда производить довольно сильные и резкие движения, но импульсы не приводятся в исполнение, т. к. тотчас же появляется противо-импульс, задерживающий исполнение движения, а потому здесь говорят не о торможении, а о задержке импульса. Иногда, наоборот, волевой импульс легко переходит в действие, т. е. получается как бы облегчение волевых проявлений. Обыкновенно усиление волевых импульсов сопровождается и более легким переходом их в действия. Тут приходится особенно остановиться на действии на нашу В. нек-рых ядов, как алкоголь, кокаин, эфир. Как в острых состояниях опьянения, так, особенно, при. хроническом злоупотреблении ими, человек теряет способность к волевым задержкам и легко поддается целому ряду соблазнов, особенно соблазну к повторным отравлениям. Далее идут расстройства В., описываемые, с одной стороны, как повышенная подчиняемость воли, с другой,—наоборот, как понижение волевой подчиняемости. Из явлений первого порядка необходимо отметить «восковую гибкость мышц», при которой членам больного можно придавать какое-угод-но положение, и это положение удерживается ими довольно долго (так называемые явления каталепсии). Такое состояние мышц наблюдается при весьма разнообразных заболеваниях, но наиболее характерно длясхизофрении. Отмечаются также эхопра- ксия, эхолалия, когда больной повторяет движения другого или его слова. Ланге (Lange) сюда же относит палилалию, пали-кинез и палитрафию, т. е. повторение больным несколько раз подряд своего собственного слова или движения; наблюдается это явление, кроме схизофрении, при органических поражениях головного мозга, особенно, при эпид. энцефалите. При ослаблении силы импульсов и при понижении их количества, что наблюдается при разнообразных формах слабоумия, развивается неустойчивость В., т. е. легкая внушаемость. При совпадении повышенной подчиняемости В. с облегчением волевых импульсов создается отвлекаемость В. (напр., при маниакальных состояниях) и ее непостоянство, часто наблюдаемое у психопатов. Понижение волевой подчиняемости описывают под общим названием негативизма, т. е. импульсивного сопротивления всем внешним воздействиям, доходящего иногда до выполнения как раз противоположного требуемому, так наз. внушенный негативизм. Из проявлеш. й негативизма приходится упомянуть об упорном отказе от еды, о задержке мочи и кала и мутацизме, когда б-ной совершенно ничего не хочет говорить. Иногда б-ные отвечают «мимо» вопроса, дают как бы умышленно ложные бессмысленные ответы (паралогия, Vorbeireden). Эти явления у кататоников и при Ганзеров-ском симптомокомплексе несколько отличаются друг от друга. Кататоник дает просто нелепый ответ, иногда совершенно не по существу вопроса; ответ же больного с Ганзеровским симптомокомплексом показывает, что вопрос им понят, но ответ он дает как бы намеренно ложный, как бы искусственно ограждая свою психику от неприятных посторонних вторжений. Явления подчиняемости В. и негативизма очень нередко наблюдаются у одного и того же б-ного, иногда возможно явления одного порядка перевести в другой и обратно, что заставляет думать о том, что корень этих расстройств общий. Из теорий, высказанных для объяснения этих явлений, наиболее интересной является теория Блейлера (Bleuler). Каждое наше движение происходит плавно только при одновременном напряжении антагонистов; по этому же типу совершаются и наши псих, движения. Выпадение противоположных тенденций влечет за собой или безвольную подчиняемость или упорное сопротивление. Крепелин говорит о понижении направляющего, регулирующего влияния постоянной цели и готовности воли к действию. Воззрения Креч-мера изложены выше. При выполнении какого-либо действия, к достижению цели идут наикратчайшим путем с наименьшей затратой времени и энергии. В болезненных условиях, чаще всего при кататонии, двигательный импульс или бесцельно повторяется, или движение расстраивается побочными импульсами, отчего происходит нек-рая угловатость, вычурность движений и поступков. Сюда относятся стереотипии, т. е. однообразие или в положении или в движениях, манерность в движениях стереотипно повторяющаяся, ритмические VOM1TUS движения; иногда же б-ные производят свои действия не просто, а вычурно, окольным путем, со всевозможными осложнениями и уклонениями, например, подают руку, широко ею замахиваясь, касаются поданной руки не ладонью, а тылом кисти и т. д. Интересно явление, описанное Шюле (Schttle) под названием «соскальзывания воли», когда больной начинает одно движение, а кончает другим (напр., берет стакан с водой, чтобы пить, и выливает воду кругообразным движением на пол). Сюда же относится и парамимия, т. е. несоответствие мимики аффекту, переживаемому в данное время б-ным (напр., рассказ с улыбкой о сильной тоске). Такие же явления соскальзывания наблюдаются и в речи больных; тогда они носят название разорванности речи, но эти явления больше относятся к расстройствам речи, где и будут описаны. Если широко понимать расстройства воли, то к ним можно отнести также навязчивые и импульсивные действия, изменение, извращение влечений, апрактические расстройства, уклонения в выразительных движениях, как-то: мимики, речи, письма, рисунка и музыкальных способностей. Лит.: К р е ч м е р . Э., Медицинская психология, М., 1927; Kraepelln E. и. Lange J., Psychiatrie, В. I—Lange J., Allgemeine Psychiatrie, Leipzig, 19 27 (литература).                           Т. Гейер.

Большая медицинская энциклопедия. 1970.

Смотреть что такое "ВОЛЯ И ЕЕ РАССТРОЙСТВА" в других словарях:

  • МИМИКА — (от греч. mimeomai подражаю), движения мускулатуры в координированных комплексах, отвечающие разнооб раоным псих, состояниям. М. относится к т. н. выразительным движениям (см.) и является одним из звеньев в цепи различных форм и способов общения… …   Большая медицинская энциклопедия

  • Библиография Л.С. Выготского — Библиография работ Л. С. Выготского 1915 год 1. Трагедия о Гамлете, принце Датском, У. Шекспира // Семейный архив Л. С. Выготского. Гомель, 5 августа −12 сентября 1915 г. Рукопись. 1916 год 2. Литературные заметки.… …   Википедия

  • Библиография Л. С. Выготского — Эта страница информационный список. См. также основную статью: Выготский, Лев Семёнович Лев Семёнович Выготский (1896 1934)  советский психолог, основатель культ …   Википедия

  • Вменяемость — или способность ко вменению (Zurechnugsfähigkeit, Imputabilité). Учение о В. представляет собою центральный пункт науки уголовного права и имеет особенное значение для учения о преступлении и наказании. Под В. разумеют состояние лица, в котором… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • Душевные болезни — В современной научной медицине различение отдельных болезней основывается преимущественно на анатомическом принципе в смысле поражения определенных органов нашего тела. По отношению к Д. болезням этот принцип, однако, неприменим, по крайней мере… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • ИИСУС ХРИСТОС — [греч. ᾿Ιησοῦς Χριστός], Сын Божий, Бог, явившийся во плоти (1 Тим 3. 16), взявший на Себя грех человека, Своей жертвенной смертью сделавший возможным его спасение. В НЗ Он именуется Христом, или Мессией (Χριστός, Μεσσίας), Сыном (υἱός), Сыном… …   Православная энциклопедия

  • Александр II (часть 2, XIII-XIX) — XIII. Дела внутренние (1866—1871). 4 го апреля 1866 года, в четвертом часу дня, Император Александр, после обычной прогулки в Летнем саду, садился в коляску, когда неизвестный человек выстрелил в него из пистолета. В эту минуту, стоявший в… …   Большая биографическая энциклопедия

  • депрессия — Состояние, согласно профессиональной терминологии, характеризующееся мрачным настроением, подавленностью или печалью, что может быть (однако не всегда) выражением плохого здоровья. В медицинском контексте термин относится к болезненному… …   Большая психологическая энциклопедия

  • ДЕТСКИЕ ПАРАЛИЧИ — ДЕТСКИЕ ПАРАЛИЧИ. Содержание: Церебральные параличи. Этиология................... 818 Патолог, анатомия и патогенез....... 816 Формы церебральных параличей...... 818 А. Случаи с преимущественным поражением пирамидных путей........ 818 Б. Случаи с …   Большая медицинская энциклопедия

  • МОЗЖЕЧКОВО-МОСТОВОЙ УГОЛ — (Klein hirnbruckenwinkel, angle ponto cerebelleuse, по нек рым angle ponto bulbo cerebelleuse) занимает своеобразное место в невропатологии, неврогистопатологии и неврохирургии. Названием этим обозначается угол между мозжечком, продолговатым… …   Большая медицинская энциклопедия


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.